Великая материнская фигура

Принято считать, что новое поколение французских феминистских теоретиков полностью отвергает экзистенциалистский феминизм Симоны де Бовуар. Объяснение этому утверждению таково: отвернувшись от бовуаровского либерального желания равенства с мужчинами, эти феминистки подчеркивают категорию различия. Превознося женское право пестовать свои особые женские ценности, они отвергают «равенство» как завуалированную попытку принудить женщин стать похожими на мужчин. Однако реальная ситуация оказывается несколько сложнее. Несмотря на весь ее экзистенциализм, Симона де Бовуар остается для французских феминисток великой материнской фигурой, и символическое значение ее открытой поддержки новому женскому движению огромно. Было бы также ошибочным считать, что у ее идей социалистического феминизма во Франции не осталось последователей. В 1977 году Бовуар совместно с другими женщинами основала журнал Questions féministes, цель которого — предоставить пространство для дискуссий как раз различным видам социалистического и анти-эссенциалистского феминизма. И марксистско-феминистский социолог Кристин Дельфи, считающая, что женщины составляют общественный класс, стала одной из основательниц этого журнала. В своих теоретических воззрениях Юлия Кристева полностью расходится с Бовуар, и тем не менее многие ее интересы из числа основных имеют гораздо больше общего со взглядами Бовуар, чем с идеализированным видением женского тела как зоны женского письма, пропагандируемым Элен Сиксу. Также и впечатляющая критика подавления женщины в патриархатном дискурсе, которую осуществляет Люс Иригарэ, зачастую прочитывается как постструктуралистское переписывание предложенного Бовуар анализа женщины как другого для мужчины. Хотя экзистенциализм в целом был вытеснен на обочину, когда в 1960-х произошел переход к структурализму и постструктурализму, наверное, ничто не старит «Второй пол» больше, чем негативное отношение Бовуар к психоанализу. Сиксу, Иригарэ и Кристева очень многим обязаны лакановскому структуралистскому прочтению Фрейда, и потому дальнейшее изучение их работ требует некоторого знания основных идей Лакана. Жак Лакан Воображаемое и Символический Порядок составляют один из наиболее важных рядов взаимосвязанных понятий в теории Лакана, и объяснять их лучше по отношению друг к другу. Воображаемое соответствует доэдиповому периоду, когда ребенок считает себя частью матери и не чувствует себя отделенным от всего остального мира. В Воображаемом нет различия и отсутствия, только тождество и присутствие. Эдипов кризис означает вхождение в Символический Порядок. Это вхождение связано в первую очередь с обретением языка. В эдиповом кризисе отец расщепляет двусоставное единство матери и ребенка и запрещает ребенку дальнейший доступ к матери и материнскому телу. Фаллос, репрезентирующий Закон Отца, начинает означать для ребенка отлучение и утрату. Претерпеваемая утрата или нехватка — это утрата материнского тела, и с этого момента его желание матери или воображаемого единства с ней должно вытесняться. Это вытеснение Лакан называет первичным, и именно оно открывает бессознательное. В Воображаемом бессознательного нет, поскольку нет нехватки. Функция первичного вытеснения становится особенно очевидной, когда ребенок начинает использовать новообретенный язык. Когда ребенок учится говорить «я есть» и отличать эту грамматическую форму от «ты есть» или «он есть», это равнозначно признанию того, что он занял предназначенное ему место в Символическом Порядке и больше не претендует на воображаемое тождество со всеми остальными объектами. Говорящий субъект, произносящий «я есть», фактически произносит «я есть тот, который что-то утратил» — и претерпеваемая утрата есть утрата воображаемого тождества с матерью и миром. Таким образом, выражение «я есть», согласно Лакану, наилучшим образом переводится как «я есть то, чем я не являюсь». Подобного рода переписывание подчеркивает тот факт, что говорящий субъект начинает существовать только вследствие вытеснения его желания утраченной матери. Следовательно, говорить как субъект — то же самое, что репрезентировать существование вытесненного желания: говорящий субъект и есть нехватка, именно поэтому Лакан говорит, что субъект есть то, чем он не является.